Статья капитана Марковского полка Виктора Александровича Ларионова (1897-1988) посвящена боевой деятельности Белого движения в СССР в 1920 годах под верховным руководстом великого князя Николая Николаевича и под управлением генерала Кутепова. Об обстоятельствах этой борьбы и о ее взаимоотношениях с провокационной псведо-монархической организации «Трест», созданной ОГПУ, нынче гораздо более известно чем в то время, когда была опубликована настоящая статья. О деятельности «кутеповской организации» повествует ряд советских, эмигрантских и постоветских авторов (к примеру Лев Никулин, Б. Прянишников и А.С. Гаспарян), по разному оценивающих эти события.
            При описании подвигов своих соратников, Виктор Ларионов упоминает и о других антибольшевистских активистах. Он пишет о С.Я. Каннегесере, в августе 1918 г. застрелившем председателя Петроградской ЧеКа М.С. Урицкого. Ларионов пишет также о покушении И.М. Штерна на посла Германии в Москве в марте 1932 г. И того и другого «белыми» террористами назвать нельзя. Зато двое других из упомянутых лиц вполне подходят к этому определениюю. Капитан Дроздовского полка Морис Морисович Конради (1896-1947) убил в мае 1923 г. в Лозанне советского дипломата В.В. Воровского. Он был оправдан швейцарским судом. В июне 1927 г. 20-летний Борис Софронович Коверда (1907-1987) убил на варшавском вокзале советского посла в Польше П.Л. Войкова. Коверда был приговорен польским судом к пожизненным каторжным работам, но освобожден после 10-летнего заключения.
            После самого Ларионова, самый знаменитый боец «кутеповской организации» – Мария Владиславовна Захарченко-Шульц (1893-1927). Заменивши на фронте Первой мировой войны убитого мужа, она воевала в 3-м Елисаветградском гусарском полку. В Гражданскую войну Мария Захарченко служила в кавалерийском полку под командованием ее второго мужа, умершего в 1920 г. Она была тяжело ранена под Каховкой и была звакуирована в Галлиполи. Мария Захарченко-Шульц с октября 1923 года участвовала в подпольной работе в СССР и стала ключевой фигурой боевой деятельности ген. Кутепова в стране.

        В мае 1918 г.  окончился на Дону 1-й Кубанский поход Доровольческой армии. Тогда же туда пришел отряд ген. М.Г. Дроздовского. Он очистил Ростов от большевиков, но город пришлось оставить вошедшим в него немцам. Затем дроздовцы помогли восставшим донским казакам освободить от большевиков свою столицу – Новочеркасск и были встречены Добровольческой армией, расквартированной в станице Мечетинской.

            Эшелоны добровольческого отряда ген. Дроздовского, преодолев сопротивление румынских властей, покинули г. Яссы 11-13 марта 1918 г. Переформированный в Дубоссарах отряд включал в себя пехоту, кавалерию и артиллерию и состоял из 1 050 добровольцев (среди них 667 офицеров). Он прошел до Дона 1 200 верст в непрерывных боях против красных, в обстановке зыбкого нейтралитета немецких властей, под контролем которых по условиям Брест-Литовского мира находилась Украина. К отряду присоединялись в пути новые добровольцы и к концу похода их было уже около 3 000.  В том числе примкнул к дроздовцам флотский отряд полковника М. А. Жебрака-Русановича  в 130 человек, который принес с собой Анреевский флаг, ставший знаменем дроздовцев. В память о походе Яссы-Дон его участники получили право ношения особой медали, на бело-сине-красной ленте.

           Председатель Галлиполийского землячества в Праге, шт.-капитан Георгий Алексеевич Орлов (1895-1964), инициатор Съезда галлиполийцев в Чехословакии, происходил из купеческой семьи г. Могилева. В 1913 г. он поступил в Московский институт инженеров путей сообщения, в 1917 г. был призван в армию. В августе 1918 г. Орлов уехал на белый юг, служил в артиллерии Дроздовской дивизии, был из Крыма эвакуирован в Галлиполи. В октябре 1921 г. он числился среди 100 молодых галлиполийцев, стараниями ген. Кутепова получивших возможность окончить образование в Праге. Орлов прошел курс пражского Политехнического института, затем работал в Чехии инженером. После войны он жил и работал по специальности в г. Берн (Швейцария).

            Русская колония в Коломбеле (Colombelles), промышленном предместье нормандского города Кан (Кальвадос) в 1920-1930-х годах была одной из самых крупных и активных во Франции.
            Начало жизни русских колоний во французской провинции (отчасти и в Парижском районе) было однородным. В стране, обескровленной Первой мировой войной, но переживавшей годы экономического подъема, ощущалась большая потребность в рабочей силе. Среди чинов Русской армии генерала Врангеля, к началу 1922 г. переведенных из Галлиполи и с острова Лемнос в Сербию и Болгарию, росло стремление хоть немного улучшить условия своей часто тяжелой и бесперспективной жизни на Балканах. Росло схожее настроение и среди русских военных и гражданских лиц, эвакуированных на суднах Русской эскадры в Бизерту.

           Нуждающиеся в рабочей силе французские предприятия посредством своих агентов на местах и при содействии штаба ген. Врангеля заключали краткосрочные коллективные рабочие контракты с группами армейских чинов  и организовали их переезд во Францию. К тому же многие русские, приехавшие в страну в индивидуальном порядке, по собственной инициативе нанимались в рабочие на французские заводы. Работодатели особенно ценили высокую трудовую дисциплину своего русского персонала, а также его политическую благонадежность.
            Чтобы склонить русских рабочих к заключению или возобновлению контракта, им нередко была обещана и предоставлена помощь в устройстве на новом месте православного храма. И, действительно, в ряде русских рабочих колоний было с середины 1920-х годов при содействии руководства  предприятий – работодателей основано во Франции около пятнадцати русских церквей, некоторые из которых сохранились до наших дней.  Эти храмы играли центральную роль  не только в церковной, но и в общественной жизни русской колонии. Как правило, они устраивались в черте рабочего поселка в случайном помещении. Но Коломбельская церковь была построена как настоящее храмовое здание благодаря существенной материальной помощи местного завода – Нормандского металлургического общества (SMN). Воздвигали храм сами прихажане в свободное от работы время. Св.-Сергиевская церковь в Коломбеле была освящена митрополитом Евлогием 11 декабря 1927 г.

1-ый Кубанский («Ледяной») поход Добровольческой армии начался 22 февраля 1918 г. Под военным командованием ген. Корнилова и гражданском управлением ген. М.В. Алексеева, добровольцы вышли из Ростова, где им не удавалось далее сдерживать наступление красных сил. Целью похода была Кубань, Там слабые силы добровольцев (3 423 человека в строю) ожидали найти поддержку и подкрепление. На Кубани их, действительно, поддержала часть казаков, укрепившая ряды добровольцев. Но Добровольческая армия не смогла освободить Екатеринодара от красных и 13 апреля ген. Корнилов был убит вражеским снарядом. Заменивший его ген. Деникин решил вывести армию из Кубанского края в северном направлении. В пути пришла весть о вспыхнувшем на Дону восстании казаков против большевистской власти. Туда 13 мая 1918 г. Добровольческая армия вернулась в почти удвоенном составе (ок. 6 000 человек). Она прошла более 1000 верст, приняла 33 боя в течение 80 дней,  потеряла ок. 400 человек убитыми и 1 500 ранеными. «Ледяным» 1-ый Кубанский поход был прозван из-за суровых погодных условий на Кубани: при резком похолодании, дождь, замерзая, вызывал оледенение шинелей и покрытие коркой льда раненых на обозах.

           Автор настоящей статьи Антон Владимирович Карташев (1875-1960), сын члена земской управы, родился в Верхне-Кыштымском заводе, окончил Пермскую духовную семинарию и Санкт-Петербургскую духовную академию (1899). В 1900-1905 гг. доцент Духовной академии на кафедре истории русской Церкви. В 1906-1918 гг. – профессор истории религии и Церкви на Бестужевских курсах. Председатель Религиозно-философского общества (1909-1917). После Февральской революции вступил в кадетскую партию, член ее центрального комитета. В июле 1917 – последний обер-прокурор Святейшего синода, затем министр вероисповеданий Временного правительства. Арестован после Октябрьского перворота. Освобожден в феврале 1918 г. С июля 1918 г. – член Поместного собора РПЦ. В январе 1919 г. выехал из России. С 1920 г. А.В. Карташев жил во Франции. В 1920-1921 гг. активно поддерживал ген. Врангеля. Посетил Галлиполи. Участвовал в создании РСХД и издетельства ИМКА-Пресс. Выдающийся церковный деятель в юрисдикции митрополита Евлогия. Участник основания Св.-Сергиевского богословского института и профессор в нем с 1925 по 1960 г. Автор капитальных трудов по истории Церкви. Видный общественный деятель эмиграции, близкий к Белому движению. Поборник «воссоздания Святой Руси».