Алексей Федорович КРУГЛОВ

Алексей Федорович Круглов

Последний Генеральный консул Императорской России в Иерусалиме.

Алексей Федорович Круглов (1864 – 1948) — российский дипломат, статский советник, генеральный консул в Багдаде и Алеппо, последний Генеральный консул Императорской России (1908 – 1914) в Иерусалиме. Почетный член Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО). Окончил петербургскую классическую гимназию, а затем Учебное отделение восточных языков при Азиатском департаменте Министерства иностранных дел.
С 1915 года и вплоть до начала Октябрьской революции жил в Санкт-Петербурге. Из революционной российской столицы А. Ф. Круглов с семьей выехал в Новороссийск, откуда прибыл в Иерусалим по поручению врангелевского правительства. Здесь управляющий подворьями Православного Палестинского Общества Н. Р. Селезнев предложил ему для временного проживания, “до лучших времен”, две комнаты в Александровском подворье, но ввиду недостатка помещения для его 32 ящиков с личными вещами Алексей Федорович переехал в частный дом бывшего драгомана Российского консульства Я. Н. Фараджа.

Весной 1920 года Совет послов правительства генерала Врангеля назначил А. Ф. Круглова «заведующим русскими интересами в Палестине». Опытного и весомого дипломата англичане, управлявшие в то время Палестиной, практически не признавали, они рассматривали его уже как частное лицо, не имеющее дипломатического статуса и полномочий. Н. Р. Селезнев в связи с этим направил письмо Председателю ППО князю А. А. Ширинскому-Шихматову, где излагал свои соображения: “Через некоторое время г. Круглов пошел к испанскому консулу (назначенному британскими властями для защиты русских интересов. — ред.), но создать положение, подобное Константинопольскому, ему не удалось. Там официальным защитником русских интересов является голландский посланник и голландский консул, но ввиду большого числа русских в Константинополе непосредственное сношение с ними взял на себя бывший русский консул и постепенно закрепил за собою позицию так, что к нему стали обращаться и официальные лица по русским делам. У нас, к сожалению, так не вышло. А.Ф. Круглов, по-видимому, на компромиссы с испанским консулом не пошел, а тот, не имея инструкций, не мог сам пойти навстречу г. Круглову, так ничего и не вышло”.

В августе 1920 года Алексей Федорович с семьей переезжает на Александровское подворье, где ему Управление подворьями Палестинского Общества предоставило гостиную и смежную комнату на втором, а помещение под кухню на первом этаже.

Мундир Алексея Фёдоровича КРУГЛОВА


Бывший российский генеральный консул не мог противостоять британским властям, а те в свою очередь, ссылаясь на острый дефицит помещений, медленно, но уверенно экспроприировали недвижимость и имущество Православного Палестинского Общества. За свою, так сказать, почетную деятельность А. Ф. Круглов не получал вознаграждения. Он жил с семьей за счет распродажи личных вещей, которые были им оставлены в итальянском консульстве в Иерусалиме, ибо начало Первой мировой войны потребовало его немедленного выезда в Россию. Как бывший генеральный консул великой державы он не имел больше возможности действовать “на подобающем уровне”. В его возможностях осталось только информировать Совет послов о развитии событий, жаловаться, что ничего нельзя сделать и что состояние русских дел в Палестине ухудшается. О своих протестах англичанам по поводу того, что квартирный кризис — квартирным кризисом, однако «русские учреждения и русские подданные в этом неповинны и отвечать за это своим карманом не обязаны», он сообщал членам Совета в странах рассеяния, но и они были бессильны.

Золотой крест почетного члена ИППО, Алексея Фёдоровича Круглова (частная коллекция).

Управляющий подворьями сообщал Председателю ППО, что в столь сложное время для защиты интересов Общества он обратился к А. Ф. Круглову с просьбой принимать участие в заседаниях Управления, “имея в виду передать ему председательствование”. По словам Селезнева, ценились “опытность и знание Востока Алексеем Федоровичем”, а бывший Управляющий подворьями П. И. Ряжский отзывался о нем “как о консуле, действительно знающим турецкие нравы и умеющим вести дела с турками”. Но Алексей Федорович объявил, что «князь Алексей Александрович (Ширинский-Шихматов. — ред.) в 1915 году предполагал реорганизовать состав Управления в Иерусалиме с тем, чтобы председателем его был генеральный консул», но он «указал князю на неудобство такого совмещения и этот проект отставлен». Даже если А. Ф. Круглов и уклонился от прямого сотрудничества с Управлением подворьями, при любом обращении к нему за советом в отдельных случаях он высказывал свой взгляд и охотно рассматривал дело.

Усилия А. Ф. Круглова привлечь русских жителей Палестины к борьбе с большевистской властью в СССР тоже не увенчались успехом. Когда в 1921 году в Петрограде начался процесс над митрополитом Вениамином (Казанским), он предпринял попытку составить протест от имени русского духовенства в Палестине, но, как язвительно заметил Алексей Федорович, оно отнеслось к такому воззванию с опаской и “до сих пор не решилось самостоятельно выявить свой образ мысли — стоит ли оно за расстрел митрополита Петроградского Вениамина или против”.

Печать генерального консула в Иерусалиме, Алексея Фёдоровича Круглова

А. Ф. Круглов принял активное участие в деле перезахоронения в Иерусалиме загубленных под Алапаевском Великой Княгини Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары, а с декабря 1923 года, согласно распоряжению Виктории Федоровны, маркизы Мильфорд-Хэвен, четырежды в год открывал для уборки и потом запечатывал своей личной печатью генерального консула усыпальницу, где покоились убиенные.

Алексей Фёдорович КРУГЛОВ

Со временем Круглова одолели уныние и грусть, и, как указывал Н. Р. Селезнев, “он себя изолировал от всех, ведет замкнутую жизнь, никого не принимает, ни у кого не бывает… В общем Алексей Федорович сильно изменился наружно, грустит о потерянном состоянии, тяготится неопределенностью положения. Но положение его на самом деле во много раз лучше других беженцев: у него и вещи целы, и деньги есть в местных банках и в патриархии и если бы захотел, то работу нашел бы себе”.

В мае 1948 года, в разгар арабо-израильской войны, тяжело больной А. Ф. Круглов с семьей покинул Иерусалим и через Амман прибыл в Каир. Последние дни он провел в Ливане. Алексей Федорович до конца жизни пытался исполнить свой долг перед Россией, той, которой уже не было. Он доживал свой век как частное лицо, которому уже не дано было ни на что влиять, его деятельность как бывшего Генерального консула бывшей Великой Империи свелась к скромной роли наблюдателя. Он скончался 26 июля 1948 года и был похоронен на кладбище при церкви Успения Пресвятой Богородицы в Шуэйфате, пригороде Бейрута.

Александр Занемонец, диакон
Статья приводится в сокращении по источнику: Богослов. ru (Научный богословский портал) от 30 ноября 2012 г.